Задержки с трансляцией и публикацией текста сегодняшнего выступления Токаева говорят о том, что над этим документом работа продолжалась буквально до последней минуты.
Еще во времена НСОДа обратил внимание, что тексты президентских выступлений буквально исписаны пометками на полях, исправлениями и дополнениями.
Президент, как человек пишущий и читающий, очень тщательно работает над своими текстами. Понятно, что чем важнее выступление, тем больше оно требует усилий.
В каждом выступлении, безусловно, есть рефрены ключевых тезисов из предыдущих речей и есть любимые фразеологические обороты. Некоторые тезисы президент предпочитает разбрасывать по тексту, чтобы сделать их восприятие более мягким, сбалансированным.
В этих конструкциях есть своя система сдержек и противовесов.
Но порой глава государства озвучивает стратегические шаги, о которых размышлял, видимо, не один год, но решил озвучить буквально в последний момент - причем так, чтобы никто не успел повлиять на этот тезис.
Конструкция конституционной реформы с самого начала создает впечатление именно такой инициативы.
Возможно, Токаев обсуждал отдельные аспекты, сценарии в том или ином виде, но то, как идея прозвучала в ходе послания 8 сентября, она, безусловно, была неожиданной.
Идея, как представляется, была в том, чтобы решительно убрать тему возможного транзита из политического лексикона на как можно более длительное время. И это вполне удалось. Несмотря на то, что срок полномочий президента простирался еще на 4 года, создалось впечатление сложной долговременной стратегии с сохранением инициативы в руках президента.
Образ "хромой утки" улетел, а вернулся, так сказать, уверенный в себе и строящий сложные планы дядюшка Скрудж.
Все ожидали, что обсуждение займет год-полтора, но президент решил вновь перехватить инициативу и неожиданно сдвинул курултай на январь и озвучил на нем огромный пакет новых идей.
Возникла тема Народного совета, который должен стать квинтэссенцией Сената, АНК и Национального курултая, что сняло часть критики в адрес отказа от двухпалатного парламента.
И тут же был предрешен интересовавший всех вопрос о преемственности власти. Токаев вернул в оборот должность вице-президента. В принципе, спикеры Сената избирались из числа назначенных депутатов и по необходимости быстро заменялись. Институт вице-президента - это вполне адекватная замена. Вопрос в том, как, когда и кто - опять-таки подвешен в воздухе. Президент не раскрывает карты и все игроки ждут решения, но кто сказал, что оно должно быть объявлено сразу. Сколько будет работать Конституционная комиссия, что войдет в итоговый вариант реформы, когда пройдет референдум, будут ли досрочные выборы? Все вопросы - к Токаеву, который делает покерфейс (или занимается йогой) и никуда не торопится.
Вариантов множество, при том, что между должностью вице-президента и статусом преемника - огромная разница, о чем многие забывают. И в рамках конституционной реформы могут быть извлечены и новые козыри.
Токаев, как видно, планирует реформировать страну еще долгое время и имеет возможность и вкус к политическим стратегиям, которые бы обеспечивали эту возможность.
С другой стороны, все это, что называется, "мирское".
Наблюдая за действиями и риторикой главы государства, складывается впечатление, что ключевой момент сегодняшней речи не в парламенте и не в вице-президенте, а в размышлениях о преамбуле основного закона:
"Следует более четко прописать наши национальные ценности, чтобы они стали незыблемыми, сколько бы времени ни прошло.
В ней также должны найти конкретное отражение глубокие корни цивилизации и государственности на казахской земле. Так мы твердо заявим о преемственности нашей страны с великими государствами Великой степи.
Кроме того, нам нужно закрепить в Конституции положение о том, что высшей целью мы ставим построение Справедливого Казахстана, которая будет достигнута".
